«Я дожил до 80 лет и начинаю расцветать»
Альфред Позняков. Фото из личного архива.

Альфред Позняков. Фото из личного архива.

Путешественник и педагог из Барнаула рассказал РП о своем любимом деле и романе с жизнью

«Русская планета» встретилась с Альфредом Позняковым — краеведом, путешественником, джазовым музыкантом, кинолюбителем, фотографом, преподавателем краевого колледжа культуры. Накануне своего 80-летия Альфред Арьевич рассказал, почему, когда влюбляешься в жизнь, она отвечает взаимностью.

Музыкант

– В конце 40-х — начале 50-х у нас дома был патефон и море пластинок: Вадим Козин, Вертинский, Лещенко, Изабелла Юрьева. Все эти песни, арии из опер и оперетт были на слуху, все их пели. Я был влюблен в аккордеон, разобрал полонез Огинского на правой руке, а координации левой руки никак не было. Попросил маму отдать меня в музыкальную школу, она: «Ну, ты — мальчик, давай лучше твою сестру отправим», — учить нас двоих возможности не было. Сестра немного поучилась, и бросила, и я не поступил, но продолжал слушать музыку и сам научился играть на ударных инструментах, сутками сидел над самоучителями, делал упражнения. У меня была своя ударная установка.

Мне не кажется, что тогда была какая-то другая жизнь. Для меня жизнь одна — что при Сталине я жил, что сейчас живу при Путине. Я с детства гордился своей страной, знал: придет время, пойду служить в армию, как мой отец.

В армии я служил в элитных войсках, это был главный штаб ПВО страны. Я обслуживал личные машины маршала авиации Бирюзова и командующего ПВО страны Савицкого, папы космонавта Светланы Савицкой, я видел ее еще маленькой девочкой, она пешком под самолет ходила. Мне говорили: «В армии проявляй все свои способности», — и я развернул активную деятельность. Организовал секцию бокса, играл в оркестре и танцевал в ансамбле в Доме офицеров в Люберцах солдатский танец и молдавский. Танцевали мы с гражданскими девушками, москвичками. Для меня открылся какой-то другой мир. До армии я окончил сельхозтехникум, и готовился к совсем другой жизни, а тут мне говорят: «Ты должен отпустить прическу». Понимаете? Мы с этими танцами выступали даже в президиуме Верховного Совета СССР. Встречи, общение — в общем, служба прошла великолепно и оставила самые лучшие воспоминания.

После армии я поступил на завод химволокна, и окончил еще две школы фабрично-заводского обучения. Было строительство Большой химии, слышали? Сейчас-то от химии ничего не осталось, а тогда это было модное направление, страна развивала химическую промышленность, чтобы привлечь молодежь осваивать ткацкие цеха, мы каждую субботу и воскресенье играли на заводе танцы. Вначале мы играли на заводе, потом там стало тесно, и мы перешли в город. Так постепенно в моей жизни развивалось все, что было связано с музыкой.

Фотограф

С четвертого класса я, не переставая, фотографирую. Был такой в моей жизни эпизод: я работал для Алтайского дома моделей. Модели тогда не были истощенными — нормальные красивые девушки. Я снимал их в естественных условиях. Скажем, надо показать джинсовые комбинезоны — везу их в Павловск на ток. Платья — везу в Затон, в красивые старинные усадьбы с плетнями и наличниками. На другую съемку я рассаживаю их на стульях на берегу Оби, моторки останавливаются, все смотрят…

И вот я фотографирую, фотографирую, и однажды приходит ко мне знакомый: «Альфред, в краеведческом музее освободилось место заведующего фотолабораторией». И я стал там работать. А работа в музее — это интересные люди. Археологи, этнографы, поездки в экспедиции. В Бийском музее работал Борис Хатмиеевич Кадиков (Ученый, археолог, этнограф. — Примеч. РП.). Он брал меня в экспедиции, и я с ним 30 с лишним лет ходил по горам, по долам, потом были экспедиции с Томским университетом в Монголию и Заполярье. И я все фиксирую: фото, слайды, потом уже — кино и видео.

Фото: Альфред Поздняков / личный архив

Фото: Альфред Поздняков / личный архив

В нашем музее была уникальная библиотека, книги 500 года стали для меня открытием. Мне давали посмотреть их на ночь под большим секретом. По ночам я конспектировал работы дореволюционных исследователей Алтая, и, наверное, это меня и сформировало, определило мое отношение к Алтаю, его истории.

Кинолюбитель

В музее была кинокамера Киев и три объектива. Меня так заинтересовало, что теперь можно снимать процесс! Вода кап, кап — лужица, из лужицы ручеек побежал, соединился с другим ручейком, превратился в реку, впал в океан! И я снял это. Ручейки, капли, реки, только вместо океана у меня штормило Телецкое озеро. Так это черно-белое кино где-то до сих пор и лежит. Потом я прочитал, что у Эдисона, перед тем, как изобрести киноаппарат, была точно такая же мысль: вот на лугу пасутся овцы, а вот люди в шерстяной одежде. Он снял, что было в промежутке, и показал школьникам. То есть совпало, понимаете?

Потом было желание снимать деревянное зодчество Барнаула, потому что наши старые дома разваливались. Мы познакомились с Сашей Родионовым (Сибирский писатель и краевед. — Примеч. РП), он писал своих «Чистодеревщиков» и «Книгу ремесел», а я ему помогал, ездил по всему краю, снимал наличники, резьбу. В Красногорском районе в экспедиции я нашел наличники со скифскими крылатыми собаками. Откуда? Оказывается, там был купец, владелец маслозавода, образованный человек. Родионов от восторга чуть не запищал.

Купил немецкую цветную пленку, с помощью справочников составил всю химию, нужную для проявления-закрепления, и снял Телецкое озеро в Горном Алтае: солнце ушло в дымку и озеро заиграло золотом. Все говорили — не может быть! Но его не зря же называют Алтын-Кёль, золотое озеро. Потом шаманов снял в Яйлю. Смонтировал, сделал титры и отнес на какой-то конкурс, который оказался Всесоюзным. С того и пошло.

Движение кинолюбительства развивалось, пока Ельцин не стал президентом. Даже журнал начал выходить «Вестник кинолюбителя». Киностудии были при всех алтайских заводах. В основном они, конечно, снимали технологические процессы, но все равно люди создавали сами документальные и постановочные фильмы. В Рубцовске, где на Тракторном заводе работало много вьетнамцев, был человек, который две студии созвал, русскую и вьетнамскую, которую так и назвал — Вьетнамфильм. У него там все было серьезно поставлено — костюмы, декорации. Сейчас не знаю, где он и что с ним.

Краевед

Людей, влюбленных в жизнь мало, и в этом плане скучно — не с кем общаться. Но они есть. Мы много лет вместе с профессором Алтайского политеха Ириной Жерносенко ездим по Алтаю, изучаем археологические памятники и наскальные рисунки.

В проекте «Алтай-Гималаи» мы осуществили часть алтайской экспедиции, дважды возили индусских ученых к священным горам Алтая, съездили в Тибет по этой же программе. Я прошел по следам Рериха. Это не просто любопытство. Меня интересует мировоззрение людей, которые населяли Алтай до нас, которые нас создали.

У меня тогда был проект — я хотел снять места, описанные в древних алтайских легендах. В Чулышманской долине я подружился с алтайцами, которые пообещали показать мне сопку, седло Сартакапая — по преданию, он пришел с неба вместе с грозой и молнией, и занимался землеустройством: проводил реки, строил мосты. Алтайцы наткнулись на разрушенный жертвенник и расстроились, и дальше я пошел сам и на ровном, как стол, горном плато, обнаружил уникальный памятник: семь симметричных курганов, которые расходились углом от кургана малого диаметра к большим. Ни в одном отчете археологов я этого памятника не нашел, но потом похожий встретил у Потанина. К сожалению, мое курганное поле вскоре разрушили.

Архитектурных памятников, особенно каменных изваяний, на Алтае остались единицы. Я снял и издал буклет каменных изваяний, а сейчас их в природе нет, я знаю только три места, где они существуют. В тюркские времена памятниками был заставлен весь Алтай, но еще Шишков описывал, как переселенцы из России над ними издевались, стреляли в них, кидали камнями, уничтожали. А сейчас деловые люди увозят себя на дачу…

Сейчас у меня много необработанных материалов, эпопея по спасению Колыванского озера — уникальный памятник природы, а по нему моторки бегают! Студенты, которых приходится с большим трудом вытаскивать из их телефонов, путешествия по Алтаю и Тибету, новые идеи, планы…
Конфуций сказал: мужчина начинается с 80 лет. Я дожил до этого возраста, сейчас только начинаю расцветать.

Снять ресурсное проклятие Далее в рубрике Снять ресурсное проклятиеАлтайские ученые придумали импортозамещающий препарат для производства сыров Читайте в рубрике «Общество» Владимир Путин. «Кто со мной? С кем идти?»Выборы-2018, в которых изъявил желание принять участие действующий глава государства, будут, де-факто, «безальтернативными» Владимир Путин.  «Кто со мной? С кем идти?»

Комментарии

Авторизуйтесь чтобы оставлять комментарии.
Интересное в интернете
Не пропустите лучшие материалы!
Подпишитесь на «Русскую планету» в социальных сетях
Каждую пятницу мы будем присылать вам сборник самых важных
и интересных материалов за неделю. Это того стоит.
Закрыть окно Вы успешно подписались на еженедельную рассылку лучших статей. Спасибо!
Станьте нашим читателем,
сделайте жизнь интереснее!
Помимо актуальной повестки дня, мы также публикуем:
аналитику, обзоры, интервью, исторические исследования.
личный кабинет
Спасибо, я уже читаю «Русскую Планету»