«Мы не прекращаем поиска»
Волонтеры «Лиза Алерт» в Барнауле во время поисков. Фото из личного архива.

Волонтеры «Лиза Алерт» в Барнауле во время поисков. Фото из личного архива.

Как волонтеры ищут пропавших людей в Алтайском крае

В России ежегодно в розыске находятся свыше 120 тыс.человек, по данным МВД РФ. В их поисках принимают участие не только спасатели и полицейские, но и волонтеры. Координатор поискового отряда «Лиза Алерт» в Алтайском крае Денис Греков рассказал «Русской планете», как работают поисковики, чему учатся и с какими трудностями сталкиваются.

– Денис, как давно существует поисковый отряд на Алтае? Как вообще возникла идея запустить этот проект в нашем регионе?

– В августе «Лиза Алерт» на Алтае отметит свое трехлетие. Идея возникла спонтанно. Прочитал статью в интернете о всероссийском поисковом отряде и подумал, почему бы не создать что-то подобно у нас в регионе. Связался с координаторами проекта и,получив добро, стал подыскивать единомышленников. Сначала отряд состоял всего из нескольких человек, постепенно группа росла. Сейчас нас уже около 50 человек, более 2 тыс. волонтеров зарегистрировано в соцсетях «ВКонтакте» и «Одноклассники». Это люди самых разных возрастов и профессий — педагоги, предприниматели, менеджеры, очень много студентов. Приходят в отряд и пенсионеры.Конечно, в силу возраста им сложно непосредственно участвовать в поисковых мероприятиях. Но многие из них давно живут в Алтайском крае, поэтому их знакомства могут помочь в поиске пропавшего человека.

– С каким случаем связаны первые поиски алтайских волонтеров?

– Мы искали пожилую женщину, которая заблудилась в лесу Павловского района. Она страдала потерей памяти — это осложняло ситуацию. Но ее все же удалось найти.

Тогда наша помощь ограничилась лишь информационной поддержкой. Мы печатали объявления, размещали информацию в соцсетях. На тот момент у отряда просто не было достаточного количества обученных людей, способных грамотно вести поисковые мероприятия, не было необходимого оборудования. Даже доехать до места поисков было не на чем.

Сейчас мы оснащены всем необходимым, есть навигаторы, рации, фонари, автомобили, а главное — люди, получившие профессиональную подготовку по ведению поиска. Поиск пропавшего человека — это целый алгоритм действий, который постоянно оттачивается, совершенствуется. Мы постоянно учимся, участвуем в специализированных семинарах, которые проводят федеральный поисковый отряд «Лиза Алерт», обмениваемся опытом с региональными отделениями.

Поиски. Фото из личного архива Дениса Грекова.

Поиски. Фото из личного архива Дениса Грекова

– Как восприняли силовые структуры появление добровольцев на Алтае?

– С региональным МЧС мы не очень тесно контактируем — так сложилось. А с полицией у нас вполне продуктивные взаимоотношения. Конечно, первое время сотрудники МВД относились к нам настороженно, присматривались, насколько серьезна наша организация, можно ли нам доверять. В их практике были случаи, когда к поиску пропавшего человека подключались неорганизованные группы,которые не владеют элементарными навыками ведения поиска, не умеют работать со следами, могут попросту не заметить и затоптать важные улики. Мы очень быстро доказали свою эффективность, способность качественно проводить поиск.

– Стать волонтером может каждый или существует какой-то отбор?

– Кастинга мы не проводим. Любому человеку достаточно пройти учебные курсы, на которых дается необходимый минимум навыков и знаний для поисковых мероприятий.

Но нужно понимать, что наша организация имеет свою специфику. Поиски пропавшего человека могут потребовать достаточно серьезных временных затрат. Порой они затягиваются на несколько дней. Придется вести поиски в трудных условиях, при сильной физической нагрузке — например, в горах или тайге. Бывали случаи, когда мы по несколько суток жили в лесу, проходили за день десятки километров, прочесывая окрестности.

И все же самое главное — это психологическая готовность. Истории нашего поиска далеко не всегда имеют благополучный исход. Нужно уметь справляться со стрессом, не углубляться в переживания — это может серьезно помешать поиску.

– Если человек не может принять участие в прочесывании территорий, но хочет помочь, чем он может быть полезен?

– Есть масса вариантов — расклеивать объявления-ориентировки на улицах города, размещать информацию в соцсетях, дежурить у телефона.И это не менее важная, а порою и более значимая деятельность, чем прочесывание леса или исследование русла реки.

Фото из личного архива Дениса Грекова.

Фото из личного архива Дениса Грекова

– Как удается совмещать волонтерскую деятельность с работой? Наверняка у многих из вас есть семьи…

– Работодатели стараются нас понять, ведь нет ничего страшного, если человек на 1–2 дня возьмет отгул, чтобы принять участие в поиске пропавшего человека. Постоянные члены отряда — это люди ответственные и надежные. Они и работники отличные.

Семья тоже идет навстречу. Как правило, если кто-то вовлекается в волонтерскую деятельность, то его близкие тоже не остаются в стороне. К тому же, у нас есть негласное правило: «Свои дела в приоритете». И если кто-то из нас не может в данный момент участвовать в поисковых мероприятиях, никто не осудит. У нас добровольческая организация, поэтому мы и эффективны.

– Часто ли в Алтайском крае пропадают люди? Кого чаще всего приходится искать?

– Общей статистики у нас нет, этими цифрами владеют правоохранительные органы.

Мы часто принимаем участие в поисках пожилых людей, тех, у кого в силу возраста начинаются проблемы с памятью.

Много бытовых случаев. Например, человек ушел за хлебом и не вернулся. Родственники обращаются в полицию, к волонтерам. И правильно делают — никто не знает, что случилось на самом деле. Но эти истории, как правило, заканчиваются благополучно: «пропавший» встретил друзей, загулял, или просто ушел из семьи без объяснений. Так часто поступают подростки.

Мы сталкиваемся и с трагедиями. В августе 2014 года мы принимали участие в поисках трехлетней Вики Вылегжаниной из Томска.Тело девочки нашли в старом погребе на окраине города, куда его подбросил убийца. Это потрясло и участников поисков, и жителей всей страны.

– До сих пор не известна судьба пропавшей в марте прошлого года 11-летней Ксюши Боковой из Новоалтайска. Есть ли новая информация о ней?

– Увы, я ничего не могу сказать конкретного. Девочка не найдена, но поиски продолжаются. Мы будем искать до тех пор, пока не узнаем, что с ней случилось. Недавно исполнился год со дня ее исчезновения. Несмотря на мнение некоторых людей о том, что продолжать поиски бесполезно — мы их ведем. В годовщину со дня исчезновения девочки мы провели информационную кампанию по всем регионам России, разместили ориентировки на вокзалах и в местах большого скопления людей, а также освежили данные о ней в соцсетях, линейных отделах полиции и местном МВД соседних регионов.Спасибо всем, кто нас поддержал в этом.

«Идите и сделайте прививку!» Далее в рубрике «Идите и сделайте прививку!»В Алтайском крае медики зафиксировали вспышку кори Читайте в рубрике «Общество» Сдали своегоРоссия депортировала одессита, спасшегося из Дома профсоюзов. Теперь ему грозит тюрьма Сдали своего

Комментарии

Авторизуйтесь чтобы оставлять комментарии.
Интересное в интернете
История, политика и наука с её дронами-убийцами
Читайте ежедневные материалы на гуманитарные темы. Подпишитесь на «Русскую планету» в соцсетях
Каждую пятницу мы будем присылать вам сборник самых важных
и интересных материалов за неделю. Это того стоит.
Закрыть окно Вы успешно подписались на еженедельную рассылку лучших статей. Спасибо!
Станьте нашим читателем,
сделайте жизнь интереснее!
Помимо актуальной повестки дня, мы также публикуем:
аналитику, обзоры, интервью, исторические исследования.
личный кабинет
Спасибо, я уже читаю «Русскую Планету»